exorthodox

К теме свободы возвращаешься постоянно. Кто-то считает, что человек обладает свободой выбора во всей полноте, а кто-то, напротив, видит в человеке автомат, начисто лишенный возможности поступать по-своему.

Хорошо скомпенсированное состояние делает тему свободы неактуальной, а потому непонятной. Кажется, что возможно всё: хочу – буду делать одно, хочу – другое, и никто мне не указ, так что я полностью свободен. В отсутствие душевного комфорта или когда “возможности не совпадают с желаниями”, приходят мысли: а почему у меня не получается? Глядя на других, думаешь, а почему я так не могу?

Тема звучит практически везде, но преломляется по-разному. Для одних свобода заключается в доступности средств насытить желания, другим нужно прямо противоположное – избавление от желаний, но перед каждым есть вектор движения, хотя бы на ближайшее время. Человек не может ничего не делать, состояние недеяния, о котором пишет Лао Цзы, большинству недоступно даже на уровне понимания.

Итак, в каждый конкретный момент перед человеком вроде бы есть выбор. А значит, он как бы свободен. Но если посмотреть на собственную ситуацию, то станет понятно, что этот выбор сводится к крайне небольшому числу вариантов. То есть я вроде бы могу сделать и то, и другое, но с чего вдруг? Зачем? Просто ради того, чтобы убедиться, что я свободен? Как будто я и так этого не знаю.

Когда дело касается внутреннего отношения, проблема проступает более выпукло. К примеру, чтение новостей вызывает у меня страх и тревогу. Умом я понимаю, что это глупо, что моя реакция ничего не изменит, что эмоции могут только помешать выполнить то, что намечено на сегодня. Вот тут-то и становится очевидно, что я не свободен послушаться голоса собственного разума, эмоции не подвластны уму.

Каждое состояние является следствием предыдущих, его невозможно вырвать из временной последовательности причин и следствий. Существование любой формы в этом мире подразумевает постоянство свойств, некую инерцию. Резкие изменения невозможны. Если человек внезапно начинает вести себя иначе, у нас возникает ощущение, что его подменили, что это не он. Мячик не может просто так взять и развернуться в воздухе. Точно так же и с человеком, с его траекторией в этом мире. И поскольку желания, чувства и идеи неотделимы от конкретного человека, они также обладают определенной инерцией и их резкое изменение будет восприниматься как чудо.

Мы не свободны именно из-за этой инерции. Она же задает рамки возможных отклонений в будущем, то есть коридор, в пределах которого может варьироваться траектория судьбы. И раз уж вектор движения в этом пространстве определяют желания, то именно на них нужно смотреть в контексте любых изменений. Но и эта ситуация — идеальна, поскольку чаще всего действия человека действительно напоминают автомат. Обычно им движет или эмоция, или набор идей. В желаниях – корень, а значит, если говорить о том, что зависит от нас самих (при условии, что мы живем осознанно), то именно с ними придется работать, коль скоро мы хотим что-то поменять. Желаний у человека – лес. Чтобы с ними работать, нужно как минимум их видеть, в темноте можно, что называется, наломать дров. Ну а при свете можно что-то прополоть, у какого-то дерева отвести ветви, что-то подрезать, чтобы не загораживало свет, а иное придется и выкорчевывать. Начиная работу, садовник имеет представление о том, что должно получиться. Эта картинка и есть наш выбор. А насколько сад реально будет ей соответствовать, определяется тем, насколько каждый сам себе садовод.