exorthodox

Когда-то Гурджиев говорил, что обыкновенные люди сами не способны делать ничего, что с ними всё «случается». Обычно этот афоризм не понимается и не принимается всерьёз – даже теми, кто не брезгует блеснуть им в подходящий момент. Как известно, любое утверждение можно опровергнуть одним единственным примером. И уж что-что, а таких примеров каждый сможет привести сколько угодно. Всем приходилось самостоятельно принимать решения и следовать им, и если это не называется "делать", тогда о чём речь?

Меж тем, чтобы делать что-то самостоятельно, то есть "из себя", нужно знать, что такое "я". И не только знать, что оно – есть, а в любой момент иметь возможность сказать: здесь я действую "из себя", а здесь – под давлением обстоятельств. Обстоятельства же бывают самими разными – это и внешние, когда нужно останавливаться перед красным светом светофора, и внутренние, когда нам захотелось йогурта не потому, что мы голодны, а потому, что наш взгляд по дороге зацепил красочную рекламу. И если в этом свете посмотреть свои прежние выборы, то уверенности в их самостоятельности поубавится.

Георгий Иванович говорил об "обыкновенных людях" в контексте альтернативы помнящему себя, то есть осознанному, как бы мы сказали сегодня, человеку. Осознанность есть непосредственное видение причин и истоков желаний. Тем, кто и на это готов сказать "ах, всего-то?" можно посоветовать не торопиться и обратить внимание на слово непосредственное, которое указывает на наблюдение помимо ума, сознанием. Когда внимание разделено на два потока, деятельность ума также оказывается в поле внимания, и именно это и даёт возможность отделять желания, словленные на стороне, от тех импульсов, которые идут из глубокой необходимости.

Другими словами, знание "Я" необходимо для того, чтобы доверять себе, чтобы жить в реальности – такой, какова она есть. Понимание этого позволяет осмысленно читать тексты Гурджиева со странными порой названиями вроде "Жизнь реальна, когда Я – есть". Осознанность и только она открывает возможность видения этого Я и, соответственно, возможность "делать самостоятельно", из глубинной необходимости, а не под давлением желания.

Забегая вперёд, можно упомянуть о другом парадоксе, который будет понятен тем, кто продвинулся в осознанности достаточно далеко. Он касается того самого "Я – есть", которое при ближайшем рассмотрении рассыпается подобно атому, казавшемуся целостным, твёрдым и неделимым на протяжении тысячелетий. Атом оказался состоящим из пустоты, где каким-то образом существует, почти виртуально, сгусток возможности, готовый проявиться в материальном мире, когда представится подходящий случай в пространстве и времени. То же происходит и с содержимым, которое вкладывается в слово "душа". Туда при пристальном рассмотрении оказывается напихано много такого, что ником образом невозможно призвать своим. В большинстве случаев, когда человек говорит "душа просит", выясняется, что виновата всё та же навязчивая реклама йогурта.