Автоматизмы

[exorthodox]

Мало кому приходит в голову вопрос, сколько в человеке своего – такого, что не является случайным или заимствованным, а принадлежит ему как таковому. Наверняка большинству сама постановка вопроса покажется дурацкой, но по сути вопрос сводится к одному из вечных, или проклятых – кому как больше нравится – вопросов, на которые каждое поколение даёт ответ, наиболее созвучный времени. И раз уж современный человек безнадёжно смещён в ум, сегодня этот вопрос преимущественно рассматривается в контексте отличия живого sapiens от искусственного интеллекта.

ИИ доказал свою способность успешно решать сложные задачи, но при этом ему никогда не пересечь черту, разделяющую собственно интеллект и разум. И хотя до сих пор встречаются мнения, что пересечение этой черты – лишь дело времени, эта безумная идея, что ИИ должен обладать такими же правами, как и человек, пока ещё не успела набрать обороты. По крайней мере, недавно из Google с треском уволили специалиста, всерьёз взявшего на себя роль адвоката искусственной нейросети.

Когда человек появляется на свет, он похож на только что собранный компьютер, доводка которого начинается с установки перемычек и перекидывания шлейфов для корректной передачи питания. и информации. Конечная цель на этом этапе – успешное прохождение тестов. Сигналы от клавиатуры должны правильно доходить до процессора и обрабатываться так, чтобы на экране часть пикселей высветила нужную конфигурацию. После этого в компьютер загружается операционная система, которая делает возможной установку программ, выполняющих уже полезную с точки зрения разработчика функцию.

В этой картинке нетрудно найти соответствия периодам развития младенца. Каждый  рождается с индивидуальными сущностными характеристиками, но они проявляют или не проявляют себя в зависимости от того набора программ, который ребёнок усваивает в детстве, и который в конце концов принимается повзрослевшим человеком за его собственное “я”. Набор знаний, понимание действительности и отношение к окружающим – всё это зависит от места и времени рождения, культуры,  социального окружения и, строго говоря, следует признать случайным.

Главную проблему человека можно свести к искаженному восприятию реальности и себя самого. Не умея провести чёткую грань между знанием и убеждениями, реальностью и представлениями о ней, человек живёт в состоянии между сном и явью. Накопленный багаж формирует структуру, которую называют личностью, хотя по сути это лишь виртуальная оболочка, состоящая из построений ума, которая программирует поведение человека в повторяющихся ситуациях.

Автоматизмы хороши тем, что позволяют экономить усилия и выживать в непрерывно изменяющихся условиях, резервируя необходимые ресурсы на случай критической ситуации, требующей нестандартного решения. Они быстрее, чем осознанные реакции, и поэтому включаются первыми. Это происходит “само собой” – так мы отдёргиваем руку от кипятка, и точно так же мгновенно мы принимаем на себя одну из ролей, вступая в общение.

Но есть и обратная сторона медали: действуя автоматически, человек как бы не вполне участвует в том, что с ним происходит. Если проанализировать собственный опыт, станет очевидно, что степень наполненности жизни и яркость впечатлений достигает максимума в ситуации новизны, когда требуется на ходу принимать решения, определяющие дальнейшее развитие событий. Ровно по этой причине детство называют счастливой порой.

Действуя механически, человек оказывается захвачен – эмоцией, обстоятельствами, идеей – и честно отрабатывает свою роль на сцене, куда его привели обстоятельства. Пресловутая свобода воли при этом присутствует чисто номинально. В итоге к финишу он приходит с завершённым набором способов более или менее комфортно проводить время, которые продолжают питать и поддерживать его в той степени, в какой он не вышел за пределы своего “возраста души”, о котором мы недавно говорили.

В принципе, все люди погружены в автоматизмы (или, иначе говоря, пребывают в состоянии “метафизического сна”) в меру своей неосознанности. Осознанность включается, когда мы оказываемся в новой для нас ситуации, требующей творческого применения ресурсов. Погоня за полнотой жизни может привести как к попытке добраться до истоков этой полноты, так и до поиска способов удержать приятные ощущения, то есть к той или иной форме компенсации. Чтобы повторить это ощущение, люди с головой уходят в учёбу, работу или пускаются на поиски новых впечатлений. Искусственность такого хода рано или поздно доходит до порога осознания, но закалённый в постоянной борьбе с подобными угрозами ум легко находит обходной маневр, чтобы игра была казалась максимально похожей на реальность.

Пока человек не исчерпал лимиты своего “возраста души”, он может жить в такой компенсации всю жизнь, чувствуя себя вполне счастливым и реализованным. А тем, кому повезло меньше, получают необходимую мотивацию для непростого, но радикального решения проблемы – развития навыков осознанности.

Адекватное представление о реальности, которое приносит осознанность, снимает многие противоречия и позволяет найти решения в тупиковых для замкнутого пространства автоматизмов  вопросах. Исследование работы собственных программ позволяет видеть, как действуют те же механизмы у окружающих. В частности, в этом ракурсе совершенно по-другому предстаёт тема ответственности за слова и поступки. Ответственность возможна в той степени, в какой у человека есть свобода выбора. И раз уж человек обычно отрабатывает ту или иную программу, которая, как мы выяснили, по отношению к нему может быть признана в каком-то смысле внешней, то к действиям других людей осознанный человек проявляет гораздо больше терпимости, что нельзя сказать о его отношении к собственным действиям или бездействию, поскольку здесь ситуация зеркальная.

Автоматизмы являются той причиной, по которой (процитируем известный афоризм) человек не способен ничего делать, с ним всё “только случается”. Кому-то эта ситуация может показаться печальной или даже удручающей, хотя именно такое устройство человека и служит залогом устойчивого существования нашего мира.