exorthodox

Знания меняют человека. Что у человека в голове, то он и есть. Понятно, что человек больше личности, но именно с ней чаще всего приходится иметь дело. Скелет личности – это идеи, модели автоматических реакций на типичные ситуации, представления о том, как устроен мир. Можно сказать, личность насквозь виртуальна. Если у кого-то возникает вопрос про эмоции – да, это как бы другая история, но гнев возникает, когда задета личность. Бывает инстинктивный страх, роднящий нас с животными, но основная часть страхов – опять же из головы, из попыток предугадать, что может случиться.

Львиная доля знаний, с которыми обычно имеют дело – просто информация. Она может быть верной или неверной, и к этому все привыкли. Если информация оказывается неверной, старая стирается, новая занимает её место. Поверхностный апдейт происходит постоянно, он приветствуется, но идеи, лежащие в основе личности, меняются гораздо реже. В порядочном обществе “конформизм” – слово ругательное, хотя большинство людей со стойкими убеждениями точно так же адаптируются к социуму, и принципиальных отличий тут нет (есть масса исторических примеров, когда люди разворачивали свои базовые убеждения на 180 градусов, оставаясь вполне искренними с собой, и такой разворот не всегда происходил по направлению ветра).

Резкие повороты судьбы часто сопровождаются психологическими травмами. Люди жалуются, что у них “открылись глаза”, и они дорого бы дали, чтобы “развидеть” змеиную сущность того, кого недавно считали другом… Бывает, что ситуация стресса превращается в беспросветный ад, и процесс возвращения целостности новой платформе личности, проходит довольно болезненно. Здесь подключаются психотерапевты, поскольку и такие “открытия” (то есть новое, не очень-то желаемое знание) в большинстве своём обратимы. Идеи – всего лишь идеи, модель – всего лишь модель. Всё это может быть замещено и “перезаписано”, и именно это есть залог успешной работы психотерапевтов.

Однако, есть вещи, которые “развидеть” невозможно. Знание бывает необратимым, если оно подтверждено личным опытом соприкосновения с реальностью. В принципе, человека можно избавить от любой психологической травмы. Есть методы, которые действительно работают. Они требуют усилий от самого человека, с помощью которых достигаются изменения, затрагивающие слои более глубокие, чем уровень личности. Но в их основе лежит как раз такое необратимое знание. И оно тоже может обмануть ожидания.

Иллюзии сильны и приятны. Одно дело – привычное счастье от картины “Чапаев”, которую, говорят, некоторые смотрели двадцать раз (“а вдруг выплывет?”). Ну, узнал человек правду о большевиках, погоревал, конечно, но в итоге перешёл на “Звёздные войны” и опять счастлив. Одна иллюзия заменяется на другую, а дальше – дело привычки. И совсем другое – опыт пребывания в настоящей реальности. на свету, где настоящий ветер и настоящее солнце. Такое развидеть не получится. Соответственно, вернуться в иллюзию с той же полнотой погружения в неё – тоже. И тут никакие психотерапевты уже не помогут. Можно, конечно, пойти дальше и проработать ту идею, которая лежала в основе обманутого ожидания, но захочет ли человек таких изменений, зависит от его выбора. И вполне может оказаться, что настоящая реальность покажется пресной, потому что существовать в ней, не прикладывая усилий, не получится. Привычка жить в сериале, помноженная на центнеры попкорна, что ни говори, не проходит бесследно.

И вот бывают ситуации: есть у человека запрос на избавления от страданий. И вроде бы можешь что-то подсказать, но оказываешься нос к носу с этой самой необратимостью. И говоришь себе: раз не спросил, не попросил прямо, может, оно и к лучшему…