exorthodox

Выделить осознанного человека среди прочих практически невозможно. Поэтому людям, никогда не занимавшимся осознанностью, трудно бывает принять, что знание знаниям рознь. С одной стороны знание, полученное на основе собственного опыта, имеет более высокий статус. С другой, как всерьез поверить в то, что кто-то может иметь опыт восприятия, отличающийся от твоего собственного? Собственный опыт подсказывает, что практически всегда это самообман. Самовнушение, принятие желаемого за действительное, раздутое самомнение и всё такое прочее. Обманываются все, и здесь все равны.

И с последним как раз согласиться невозможно.

Тот, кто занимался тай-цзы, внешне также не отличается от прочих. Обнаружить навык можно, если попробовать сыграть в “толкалки”: у кого получится спихнуть другого с места. Выяснится, что ученик тай-цзы стоит на ногах ощутимо прочнее всех остальных. За этим нехитрым и не шибко нужным в обычной жизни умением стоят годы практики. Демонстрация может произвести сильное впечатление, особенно когда имеется заметная разница в весовой категории. Но если вам ничего не рассказали заранее, вы наверняка не поверите в то, что тщедушный человечек устоит против качка со впечатляющими бицепсами.

Практика осознанности направлена на постоянное наблюдение внутреннего пространства. В это понятие входит всё, что ощущается непосредственно. Если в книжном магазине каждый раз проходить мимо полок с иностранными книжками, все издания на европейских языках будут казаться просто “нерусскими”. Если начать обращать внимание на то, что книги с латинскими буквами, вообще говоря, разные, ум постепенно начнёт отличать польский от венгерского, а потом и испанский от португальского, даже если эти языки не изучать. Примерно то же происходит при наработке осознанности. Постоянное исследование связей во внутреннем пространстве в конце концов позволяет видеть, что там происходит. Человек, заглянувший внутрь себя впервые, словно попадает с яркого света улицы в тёмную комнату. Вокруг ничего не видно, но страшно, потому что темно, и хочется обратно, на шумную улицу, где суетно и людно. Но если глаза привыкнут в темноте, становятся различимы такие вещи, само существование которых у людей с улицы ставится под сомнение. И тем, кто в тёмной комнате не побывал, бывает невозможно объяснить: то, о чём они так горячо рассуждают, ты видишь.

Из сказанного можно понять, что осознанность, в общем-то, штука полезная. В частности, если бы люди вдруг стали осознанными, психологи остались бы без работы. Если разбираться, что даёт осознанность, получится весьма длинный и внушительный текст, но я бы не стал агитировать практиковать всех подряд. Дело в том, что это штука дорогая – не в смысле денег, разумеется, а в смысле усилий. Без должной мотивации наработать навык не получится, а конкретные задачи лучше всего решать наиболее адекватными средствами. Так что психологи могут выдохнуть: на их век пациентов им хватит.